Директор Третьяковской галереи: музей – это место для коммуникаций

Директор Третьяковской галереи: музей – это место для коммуникаций

Как будет выглядеть Третьяковская галерея спустя пять лет, что произойдет с ЦДХ, чем озадачить попечительский совет и откуда брать новые экспонаты, рассказала в интервью директор ГТГ Ирина Лебедева. Беседовала Светлана Янкина.

- В ближайшие годы музей должен обзавестись если не двумя, то хотя бы одним новым зданием – по проекту Моспроекта-4 в Лаврушинском переулке. Что происходит там сейчас? 

- Работы ведутся, но это еще не само строительство, а возведение стены в грунте для того, чтобы защитить близлежащие памятники архитектуры от изменений в фундаменте. Большая часть подготовительной работы уже сделана, и дальше нам предстоит корректировка проекта, потому что он был сделан давно (прошел госэкспертизу в 2008 году), и мы должны внести изменения в связи с новыми противопожарными требованиями. К тому же некоторых вещей, без которых строить сейчас новое здание бессмысленно, там просто не было.

- А его внешний вид изменится?

- У нас есть к нему некоторые вопросы. Кардинально мы менять проект не станем, иначе стройка будет идти бесконечно. А  то, что можем изменить, сделаем предметом обсуждения, поскольку это касается не только нас и нашей внутренней жизни, но и облика Москвы.

- Что конкретно вас не устраивает?

- Есть определенные стилистические элементы в историческом здании музея, которые были использованы, когда строился депозитарий и инженерный корпус. Там все-таки видно, что это - современные здания. С моей точки зрения, архитектурное решение того корпуса, который мы сейчас строим, - это шаг назад. Поэтому надо поработать над цветовым решением, какими-то другими приемами.

- Первоначально в новом здании планировалось показывать все собрание древнерусской живописи и скульптуры, остались ли в силе эти планы?

- Концептуально наполнение здания также изменится, мы не будем делать отдельные залы древнерусского искусства, чтобы не исключать его из постоянной экспозиции.  Поэтому мы хотим скорее сделать отдельный зал для сменных долговременных экспозиций из наших фондов, которые дополняли бы основную. Например, это может быть рассказ о том, как формировалась та или иная коллекция, которая в итоге поступила в музей. Мы хотим сделать там публичную зону для встреч,  реставрационные мастерские, немного расширить запасники - все это реальные потребности, без которых мы не можем развиваться и двигаться дальше.

- В каком году вы рассчитываете закончить все работы?

- Сроки зависят от финансирования и того, как пройдет корректировка проекта. Но это не должен быть долгострой: жить на стройке невозможно, к тому же мы ее уже начали. Открытие состоится в обозримом будущем, в течение пяти лет уж точно.

- В связи со сменой столичных властей нет ли новой информации о сносе ЦДХ? 

- По этому поводу ничего не слышно. Предполагалось, что это - инвестиционный проект,  и как он будет реализовываться дальше, я пока не в курсе. Нерешенная ситуация держит нас в напряжении, поскольку мы должны вкладывать деньги в техническую модернизацию здания, его поддержание. Возникает вопрос, в каком объеме это делать. Если есть перспектива нового строительства - это одно, а если нам скажут, что здание будет через 20 лет, то это уже другая история.

- А что будет с Залом в Толмачах, который в 2009 году был закрыт по требованию пожарных?

- Все это время мы готовили проект по устранению достаточно сложных недостатков, потому что в этом здании находимся не только мы, но и наши соседи. Но с самого начала мы понимали, что для проведения выставок мы использовать его больше не будем. У нас не хватает пространств для работы с детьми, а интерес к этому сейчас очень большой.

- Планируете ли вы проводить лекции и занятия для взрослых?

- Развивать музей надо так, чтобы его деятельность сводилась не только к показу и хранению произведений искусства, как оно есть сейчас. Музей - это место для коммуникаций, и его образовательная функция во всем мире давно понятна, а у нас она только входит в обиход. Мы столкнулись с тем, что и взрослые с удовольствием приходят на занятия, они готовы купить абонемент, о чем-то новом узнавать, сейчас это очень востребовано. К тому же в музее это делать очень удобно - можно посмотреть на экспозицию, вдохновиться и под впечатлением сделать что-то свое. Для нас это очень важное направление деятельности, но оно требует времени, сил и, главное, помещений. Если на Крымском валу это как-то можно решить за счет общего пространства, то в Лаврушинском – нет. Думаем, часть этой нагрузки и возьмет на себя Зал в Толмачах. Еще один вопрос, который мы решаем, - как сделать так, чтобы на Крымском валу галерея открывалась позже – и закрывалась, соответственно, тоже: чтобы работающие люди могли вечером ходить в музей.  Здесь возникает проблема с нашими смотрителями, которые не хотят поздно возвращаться домой. А мы понимаем, что много теряем. 

- Некоторое время назад вы объявили о создании Попечительского совета, чем он будет заниматься?

- В связи с Попечительским советом мы в прошлом году столкнулись с некоторыми юридическими пунктами в нашем уставе, но сейчас все необходимые изменения внесены. Процесс его создания идет ускоренным образом, у нас намечен список возможных попечителей, от которых мы ждем ответа. Для нас это очень важная ситуация, потому что есть определенный круг проблем, которые мы хотели бы решить с его помощью. Речь идет не только о финансовой помощи, но и организационной, и консультационной. Мы предложили кандидатуру председателя Попечительского совета, но, поскольку она утверждается не нами, пока я не могу говорить об этом. Думаю, в январе все окончательно будет понятно.

- А как новые произведения попадают в коллекцию?

- В основном мы покупаем современное  искусство,  потому что купить старое почти нереально. К концу года, как правило, и у нас, и у Минкультуры остаются какие-то деньги, которые можно потратить на закупку произведений. Главное, чтобы вовремя были готовы все документы - это и экспертное заключение, и фотографии, и протоколы: на каждую работу делается большой пакет.

В этом году мы подготовились заранее, поэтому смогли приобрести произведения, которые ждали уже несколько лет. Среди приобретений – Кошляков, Чахал. Покупали мы их по музейным, конечно, ценам. А вообще мы не все, естественно, ставим на закупку и не все принимаем в дар. Решение принимает наша экспертная комиссия.




Дагестан Ингушетия КБР КЧР Осетия Ставрополь Чечня Адыгея Астрахань Волгоград Краснодар Калмыкия Ростов

Другие новости

Другие новости

Обьявления